Апрель, 2020
Что влияет на объем господдержки

По итогам анализа принятых мер государственной поддержки в марте-апреле в странах описываемого регионах мы видим, что их объем и качество зависят от группы факторов:

1. Строгости карантинных и иных ограничительных мер.

2. Оценки продолжительности таких мер.

3. Ресурсных возможностей каждой конкретной страны.

4. Поиска «баланса» двух угроз – непосредственно вируса и экономического ущерба при борьбе с ним.

При этом строгость карантинных мер и оценка суверенными правительствами баланса угроз являются «субъективными» факторами, тогда как ресурсное обеспечение – величина скорее объективная и измеримая (международные и внутренние резервы, доступ к внешним кредитам и финансовой помощи).

Строгость ограничений, связанных с распространением COVID-19, может быть очень разной. От минимальной в Беларуси, умеренной в таких странах как Украина и Турция, до максимальной – как, например, в России, Польше, Венгрии. При этом на данном этапе строгость мер определяется не столько эпидемиологической ситуацией в конкретной стране (угроза затронула все без исключения государства региона), сколько выбранной моделью действий правительства в условиях пандемии.

Также с точки зрения интенсивности применения мер господдержки важна оценка продолжительности кризиса, которая хотя и носит объективный характер (данные профильных специалистов и ученых), но с учетом новизны и быстро меняющих данных по COVID-19, сопряжена со значительной неопределенностью. Вдобавок динамика заболеваемости отличается от страны к стране в виду несовпадающих по времени эпидемических пиков.

Неоднократное продление сроков изоляции граждан, приостановки работы бизнеса и других ограничений в большинстве стран региона свидетельствует о том, что оценка продолжительности карантинных мер подвержена большой неопределенности. Невозможность просчитать сценарии развития эпидемии с достаточной точностью не  позволяют спрогнозировать возможности государств по расходованию средств на борьбу с последствиями распространения коронавируса (интенсивность расходов резерв, объемы выделяемых льгот и субсидий и др.).

Ресурсные возможностей каждой конкретной страны прямо влияют на объем господдержки. Так, например, низкие финансовые возможности таких государств как Кыргызстан, Беларусь или Украина не позволяют выделять значительные средства на поддержку экономики и бизнеса. При этом и карантинные меры в таких странах либо не столь строги (Беларусь), либо компенсируются необязательностью их соблюдения (Украина), либо в большей степени затрагивают граждан, нежели бизнес (Кыргызстан), который страдает, скорее, от косвенных факторов, прежде всего, снижения спроса на продукцию, нежели прямых запретов на операционную деятельность.

И, наконец, важным фактором является определения правительствами стран региона баланса угроз. Речь идет о формуле, согласно которой «лечение» болезни (ущерб для экономики, рост социального напряжения) не может превышать ущерб от самого коронавируса.

Различными страновыми подходами к определению такого баланса объясняется и различный удельный вес прямых мер поддержки в ВВП стран региона. В зависимости от методик подсчета, может быть от 0,3% ВВП в России, 1,9% — в Турции до, например, 4% в Венгрии. Отметим при этом, что несмотря на разницу по этому показателю в странах описываемого региона он в любом случае значительно меньше, чем у стран Западной Европы (до 20% у Испании) или США (до 12%).

Какие меры поддержки применяются

Поддержка экономики и бизнеса в условиях глобальной пандемии в большинстве государств, как правило, включает в себя стандартный набор мер. На протяжении последних двух месяцев, на фоне осознания значительности угрозы, мы наблюдали постепенный переход от базовых к расширенным, а, в некоторых случаях, максимальным мерам поддержки.

К базовым мерам мы отнесли отдельные послабления для бизнеса: перенос сроков уплаты налогов, отмена штрафов и пеней за просрочку, льготы в плане предоставления налоговой отчетности. Кроме того – это программы кредитования бизнеса и граждан по субсидированным государством ставкам. Такие меры поддержки применяют большинство стран описываемого региона (за исключением Беларуси и Кыргызстана).

В ряде стран (например, Россия, Украина, Турция) применяются такие специфические меры, как отсрочка или мораторий на проверки (в том числе налоговые) бизнеса. Такие

проверки в развитых государствах, как правило, не влекут дополнительных значительных издержек для бизнеса, а их отмена не воспринимается как мера поддержки в принципе. Однако, в менее развитых государствах мораторий на проверки – в своем роде отмена «налога на коррупцию».

К расширенным мерам мы бы отнесли прямые бюджетные дотации бизнесу и гражданам. Например, выделение средств предприятиям малого и среднего бизнеса, сохранившим рабочие места (Россия) или отдельные выплаты по факту технической безработицы (вследствие карантинных мер), свойственных, например, Турции и Румынии. Участие государства в выплате зарплаты характерно для отдельных, сравнительно развитых, стран региона, таких как Польша. В этом смысле модель антикризисных мер той же Польши ближе к моделям, применяемым в странах Западной и Северной Европы, нежели к моделям стран СНГ.

Максимальными (по крайне мере, на сегодняшний день) мерами поддержки можно считать прямое финансовое участие государства в работе отдельных предприятий. Для таких компаний предусмотрена возможность получения доступа к финансированию за счет гособлигаций. В некоторых случаях (Фонд развития Польши) речь может идти об участии государства в капитале компаний на сумму оказанной помощи.

В виду ограниченных ресурсов стран СНГ и Восточной Европы (в сравнении с ресурсами развитых государств мира) описанные меры поддержки применяются выборочно. Их реципиентами являются либо отдельные компании (список системообразующих компаний в РФ) и / либо по отраслевому принципу (наиболее пострадавшие сектора экономики). Выборочный подход позволяет уйти от «размазывания поддержки тонким слоем», делая акцент на выборочной помощи тем, «кого можно и/или нужно спасти».

С какими трудностями сталкиваются правительства и бизнес

Беспрецедентная скорость принятия решений, необходимых для борьбы с COVID-19, а также высокая степень неопределенности в оценке рисков для бизнеса и экономики ведет к хаотизации при выработке и применении мер поддержки. Меры анонсируются быстрее, чем вырабатываются механизмы их доведения до конечных реципиентов, механизмы их реализации. В результате часть мер оказывается неэффективной.

Проблемой зачастую является также «эффект исполнителя», когда решения, принятые на высоком уровне, демпфируются/саботируются на уровне конкретных ведомств и служб, непосредственно взаимодействующих с бизнесом и гражданами. Яркий пример – льготное кредитование юридических и физических лиц, получение льгот по уплате кредитов, а ткже получение финансовой помощи от государства в России. Несмотря на принятый пакет мер в этих сферах на уровне президента и правительства, число

предприятий и граждан, которые могут в реальности ими воспользоваться достаточно ограничено. Меры поддержки могут быть заблокированы на уровне подзаконных актов, внутриведомственных нормативов, не соответствовать моделям оценки рисков банками и т.п.

На практике опасения того, что мерами поддержки воспользуются недобросовестные предприниматели и граждане (что, безусловно, может иметь место) оборачиваются большей проблемой, выраженной в отсутствии доступа к мерам господдержки со стороны добросовестного бизнеса и физлиц, столкнувшихся с объективными трудностями.

Спорными также являются инициативы органов власти ряда стран, подразумевающие вмешательство государства во взаимоотношения частных субъектов. Такие, например, как запрет расторгать соглашения по аренде жилой и коммерческой недвижимости в случае неуплаты или несвоевременной уплаты арендатором соответствующих взносов (Венгрия, Украина). Такие решения могут способствовать росту социальной напряженности, бытовых конфликтов и являются неочевидными с точки зрения оказываемого полезного воздействия.

Другая проблема – объективный рост протекционистских настроений на фоне кризиса, что может прямо противоречить задачам восстановления экономик на выходе из пандемии. Так, например, поиск дополнительных источников наполнения казны на фоне роста бюджетных расходов часто оборачивается ущемлением прав иностранного бизнеса.

Например, Венгрия ввела дополнительные налоги для международных компаний, ведущих бизнес в стране. А Россия установила фактически заградительную пошлину на вывод за рубеж дивидендов и роялти. Эти меры могут иметь краткосрочный эффект в виде временного повышения собираемости налогов, однако негативный эффект в средне- и долгосрочной перспективе, выраженный в усилении тренда на отток иностранного капитала.

В целом, кризис, вызванный коронавирусом, стал шоком не только для экономик большинства затронутых им государств, но и для властных институтов, которые оказались не готовы к быстрому разворачиванию обширных мер господдержки и традиционно склонных к консервативному подходу в этом отношении (чем меньше, тем лучше). А значит, эффективность анонсированных мер во много будет зависеть от того, сумеют ли соответствующие органы власти перенастроить свою работу и подходы к выполнению поставленных задач.

Оставьте ответ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.