Курганская область первой разработала и утвердила с правительством РФ индивидуальную программу ускоренного развития. Однако параллельно с этим началась пандемия. В борьбе с ней очень небогатый регион выбрал собственный путь — на несколько месяцев практически полностью закрыли границы и сохранили работающую экономику. Какие шаги уже предприняты по привлечению инвестиций, как удалось сохранить результат в пандемию и каковы перспективы дотационных регионов в сложившейся ситуации — в интервью ТАСС рассказал губернатор Курганской области Вадим Шумков.

— Вадим Михайлович, полтора года назад, вступив в должность, в интервью ТАСС вы сказали, что новая работа для вас серьезный вызов, это «тяжело, но интересно». Что изменилось с тех пор?

— Стало еще тяжелее и еще интереснее.

— Ожидания оправдались? Что удалось сделать из запланированного?

— Первое — это наведение определенного порядка, не идеального, но, по крайней мере, у многих в головах уложилось, кто чем должен заниматься, что органы государственной службы и местного самоуправления, несмотря на прописанные в законах различия, — это единая система, целью которой является благополучие граждан и региона. Стало понятно, что это не какие-то джунгли или сафари, где каждый может заниматься чем хочет, а есть определенные задачи, определенная система вещей. Эта работа заняла огромное количество времени, поскольку просто разъяснениями и показыванием собственного примера в ряде случаев дело не ограничилось.

Второе: на мой взгляд, удалось у жителей породить не просто пустые ожидания, «на новенького», а определенное доверие. Они видят изменения, которые происходят. Пусть иногда более медленно, нежели мне бы самому хотелось, не всегда гладко, но они заметны и очевидны. Теперь задача, чтобы эти перемены приобрели необратимый характер и стали постоянным символом развития Курганской области. Она это заслужила.

В этом году мы строим и ремонтируем намного больше дорог, чем в прошлом, который многие считали рекордным. Почти 60 км дорог только в Курганской агломерации сделаем. В сравнении с десятилетиями предыдущего сползания вниз это сумасшедший объем. С прошлого года начали массовый ремонт соцобъектов: школы, детские сады — абсолютный приоритет для нас. В этом году и этот объем мы увеличили. Сейчас только по Кургану одномоментно готовятся к ремонту более 30 социальных объектов, такого не было никогда. Наряду с этим за два года вводятся и строятся 17 новых детских садов и три школы. Сейчас мы планируем строительство еще одной новой школы и двух значимых медицинских объектов.

Наряду с этим ремонтируем еще несколько лечебных учрежденийй. В больнице скорой медицинской помощи в Кургане, которую посещал председатель правительства (Михаил Мишустин посетил ее 25 февраля — прим. ТАСС), мы ведем масштабный ремонт и закупаем новое оборудование. Также этим годом будут отремонтированы два филиала и здание головной детской поликлиники в Кургане, больница в Звериноголовском. Сейчас проектируем ремонт инфекционной городской больницы №2, а также областной клинической больницы. Средств на эти работы пока нет, но уверен, мы решим и этот вопрос.

В этом году мы планируем завершить набережную в Кургане, полностью реконструировать и восстановить все ключевые рекреационные объекты — Центральный парк культуры и отдыха, детский парк, горсад. Начато строительство набережной в Шадринске. Свои небольшие набережные площадки получат Петухово и Катайск. Будет благоустроено огромное количество небольших площадок и скверов. В этом году мы ремонтируем 109 дворовых территорий в Кургане, а также 35 в Шадринске, 13 в Далматово, семь в Варгашах. В Кургане фонд капремонта делает 25 фасадов домов, а мы за счет областного бюджета отремонтируем 33 фасада на гостевых улицах. Сейчас, после 30 лет разрухи, они выглядят откровенно убого и жалко, «убивают» внешний вид города.

25 исторических памятников мы восстанавливаем нынче в рамках новой программы — этими объектами вообще никто не занимался 40 лет. В этом году сделали специальную программу, а финансирование на нее дали из средств федерального гранта за повышение эффективности управления. Часть денег уже направлена на памятники Великой Отечественной войны: в этом году побелили и покрасили 923 памятника, реконструировали и установили десятки новых памятников и обелисков взамен разрушенных.

В Кургане уже строим систему канализования Восточного микрорайона. Осенью начнем капитальный ремонт городской канализационной насосной станции (КНС) и коллектора в центре города. Проектируем новый водозабор и водовод в Кургане. Строим водопровод в Половинском. Завершаем городские очистные в Шадринске и там же работаем по чистой воде. Реконструируем, а по сути заново строим новые очистные в Далматово и Каргаполье, проектируем в Варгашах.

Таких темпов в Курганской области не было последние 30 лет.

Пандемический удар по экономике

— Вы более года работали над выстраиванием новой системы управления, развитием инвестиционной привлекательности региона и над экономикой в целом, но на мир обрушилась пандемия. Курганская область в ответ приняла достаточно жесткие меры. Почему так закрутили гайки?

— Никто гайки не крутил. Самый главный посыл президента был в том, чтобы минимизировать летальные исходы. Теперь простой анализ: у нас в регионе 42% населения — инвалиды и пенсионеры, то есть основная группа риска. При этом наш регион — транзитный, у нас огромное количество жителей — более 10 тыс. человек — работают вахтовым методом, почти 200 тыс. из ранее выехавших проживают в других субъектах и периодически возвращаются к родственникам. Еще добавлю: мы занимаемся здравоохранением, но медицинская система после многих лет депрессии в регионе далеко не в самой лучшей форме. Инфекционных коек в чистом виде крайне недостаточно, не хватает врачей, не очень понятно, чем лечить новую заразу, а аппаратов ИВЛ у нас в пять раз меньше, чем, к примеру, в Тюменской области.

Мы приняли очень простое решение: минимум ограничений внутри региона — мы практически не закрывали ключевые сферы бизнеса, все заводы работали. Ограничения действовали лишь для торговых центров, общепита и на некоторые виды услуг. Но при этом постарались ограничить субъект от въезда жителей других регионов и массового завоза инфекции. Открывать же начали, когда медики научились лечить вызванные коронавирусом последствия, поняли специфику протекания данного заболевания, был сформирован коечный фонд, завершены работы по разводке кислорода, пошли поставки аппаратов ИВЛ. Плюс в летний период, по наблюдениям эпидемиологов, протекание болезни проходит легче и с меньшими проявлениями «клиники».

— И как в итоге повлияли принятые ограничения на работу бизнеса, в частности крупных заводов?

— На заводах ограничений не было помимо определенных требований Роспотребнадзора, согласованных с оперативным штабом региона. Пока никто не понимал, что это за зараза и как с ней бороться. Потому действовать «на панике», закрывая системообразующие предприятия, было бы опрометчиво. Поэтому ни «Курганмашзавод», ни «Курганприбор», ни «Курганстальмост», ни «Корвет», ни «Химмаш», ни другие заводы мы не остановили ни на день — это был наш главный посыл. То же самое со стройкой — ее мы тоже не останавливали.

Касательно поддержки — мы отработали весь федеральный пакет. Понятно, что мы как дефицитный регион с госдолгом не можем вводить региональные меры поддержки — от «нуля с минусом» давать что-либо весьма проблематично. А если учесть фон падающего бюджета и выпадающих доходов, то это просто популизм. Здесь простой вопрос возникает: чем будем платить зарплату учителям и врачам, если денег уже сегодня не хватает, а количество выпадающих доходов растет, потому что бизнес теряет обороты? Во-вторых, по налоговым льготам суета на уровне области вообще была бессмысленна — федеральное правительство ввело налоговое освобождение до конца года, и на фоне этих мер наши льготы — просто декларация. Потому мы ввели льготы по аренде своего имущества, максимально отработали с частными арендодателями. Далее, после отработки федерального пакета мер (кредиты под зарплату, льготы и рассрочки), предложили займы под 0,01% годовых на три года до 5 млн рублей каждый. Запустили увеличение финансирования на приобретение нового оборудования. Кроме того, тщательно проанализировали весь государственный и муниципальный заказ и предложили бизнесу, потерявшему в пандемию доход от одной деятельности, поработать в других сферах.

— Как в целом вы оцениваете результаты пандемического удара по экономике?

— Если сравнивать с данными по России, то для Курганской области глубину удара мы оцениваем ниже среднего. Но этому радоваться смысла нет — у нас «низкая база». Плюс высокий сектор серой экономики, а там процессы официальная статистика не видит. Потому мы и запустили за свой счет (сняв часть заработной платы с чиновников) общественные работы во всех муниципалитетах (уборка и благоустройство территории, доставка дров пенсионерам и т.д.). Далее последовали меры по предоставлению семенного картофеля, животных (телят и поросят), 75 тыс. продуктовых наборов небольших, а сейчас еще до 15 тыс. продуктовых наборов крупных (каждый такой набор — это 40 кг муки, 5 л масла растительного, 22,5 кг круп и восемь банок мясных консервов). Основная категория [получателей такой поддержки] — лица, потерявшие работу, и малообеспеченные категории граждан, в первую очередь старики.

Курганский бизнес. Перезагрузка

— Вернемся к теме развития региона. Крупному бизнесу вы интересны?

— В Курганской области нет углеводородов, черных и цветных металлов, редкоземов или иных привлекательных для основного количества игроков из списка крупных компаний ресурсов. Сколько из российских регионов имеют шанс привлечь на свою территорию крупных иностранных инвесторов? Пять — семь: сырьевые, приграничные и те, которые имеет природно-климатический, финансовый либо административный ресурс. Считается, что повезло только тем, у кого масштабно работают такие компании, как «Роснефть» или «Газпром». А остальным что делать? Ответ очень простой — на себя надо ставить. Перестать бегать за пресловутым «иностранным инвестором» как за неведомой зверушкой и надеяться на себя самих. На внутреннего инвестора, на собственных предпринимателей, которых нужно вырастить, выстроить отношения, основанные на взаимном доверии и росте, с которыми нужно работать. С учетом того, что ряды таких людей существенно поредели, приглашать сюда ребят из иных, активно развивающихся регионов, где сейчас не так просто с «экономической повесткой».

В некоторых странах, например, абсолютное большинство нестоличных городов развиваются за счет малого и среднего бизнеса. Он наиболее устойчив, патриотичен и понятен с точки зрения формирования среднего класса и стабильности государства. Считаю, что эту модель нужно активно применять и у нас.

— Что предлагаете потенциальным инвесторам?

— В первую очередь это адекватность власти, а также поддержка с точки зрения активного применения финансовых инструментов. Источников два: областной бюджет — он небольшой и дефицитный, и индивидуальная программа развития, которую подписали с правительством. Из нее мы сейчас запускаем три основные формы поддержки. Первое: создание большого количества готовых объектов начальной индустриальной и инвестиционной инфраструктуры — это индустриальные парки «Гринфилд» и «Браунфилд». Один парк уже заработал, еще три мы постараемся запустить до конца года — сейчас идут работы по проектированию и реконструкции. Далее, мы субсидируем порядка 70% капитальных затрат на восстановление цехов либо разводку сетей по земельному участку. Ведь если экономика региона «убита», то у вас автоматически нет времени заниматься классикой, поскольку проектирование и строительство завода занимает три-пять лет минимум. Это если есть инвестор. А с учетом имиджа региона таких надо крепко поискать. Потому наличие начальной готовой инфраструктуры для более быстрого запуска проектов — это наш единственный правильный выбор. Мы этим путем идем.

Второе: зная о нелегкой судьбе промышленности в части окупаемости инвестиционных затрат, мы ставим на субсидию по приобретению нового оборудования. Она позволяет компенсировать предприятию-инвестору до 50% стоимости оборудования через первый взнос по лизингу, правда, из расчета минусуется НДС. Это очень выгодная и апробированная форма поддержки. Вкупе с наличием готовой для размещения производства площадки она дает еще один стимул инвестору. Такую же субсидию мы завели для предпринимателей и МСП, закупающих новое оборудование и технику.

Третье. Не секрет, что многие банки переживают кризис своеобразно, нередко просто «имитируя» поддержку. И предприниматель, инвестор, выходя на кредит, получает такой «обвес» в виде допусловий либо откровенных барьеров, что просто плюет и разворачивается. Ведь финансисты не отвечают за развитие экономики. Потому третьей формой поддержки мы выдаем заем под 0,1% до 5 млн рублей на три года на различные направления. Создали три категории проектов — «мини-фермы», «мини-заводы», «мини-услуги». На начало года мы на эту программу имели уже почти 300 млн рублей, сейчас благодаря федеральной поддержке у нас будет более 500 млн рублей. Наш расчет позволяет судить, что это даст нам возможность поддержать 150–170 инвестиционных мини-проектов, создать большое количество новых рабочих мест.

Сейчас установка проста — до конца года дать возможность для создания нескольких десятков новых промышленных производств. В АПК мы хотим, чтобы стартовало создание пяти молочнотоварных ферм и пяти свиноферм, а также 100 мини-проектов. Далее, такие показатели мы берем на вооружение на каждый год. Таким образом, параллельно строя и ремонтируя дороги, социальные объекты, ведя газ, наводя порядок и готовя кадры, можно последовательно улучшать ситуацию на селе. Просто рыданиями, заклинаниями или перечислением всем очевидных проблем этого не сделать.

Снять флер депрессивности

— Сейчас, на ваш взгляд, удалось снять флер депрессивности с региона, о котором вы говорили, когда только взялись за область?

— Я могу ответить за себя. У меня нет ощущения депрессивности региона. Во-первых, это моя родина. А она как мать — не может быть она нелюбимой или тем паче депрессивной. Далее, на мой взгляд, депрессивность региона начинается с того, что само руководство считает его депрессивным, посылая видимые и невидимые сигналы вовне, заражая этим и людей, население. И так потихоньку-потихоньку все расползается и разваливается. Огромное количество людей в том же Кургане сегодня отмечают, что у многих возвращается желание жить здесь — они видят, что город развивается, регион развивается, у них есть надежда. И моя задача — пахать на них и на область, чтобы эта надежда превращалась в веру и завершалась любовью. Настоящей, а не записной любовью к своей родине. Ведь если ты что-то или кого-то любишь, то всегда желаешь и делаешь самое лучшее — не мусоришь, строишь и развиваешь.

Полагаю, три года нам необходимо, чтобы навести порядок с основными инфраструктурными объектами в ключевых административных центрах (имею ввиду объекты транспортной, инженерной и социальной инфраструктуры). Все, что разваливалось и разрушалось десятилетиями, мы не переделаем, но привести в порядок именно основные объекты постараемся. Исключение составят отдельные инженерные сети Кургана. Тут с учетом того, что «резвились все и сразу», объем требуемых капвложений гигантский. Потому придется повозиться подольше. Пять лет мы отводим, чтобы все основные административные центры довести до статуса места, где хочется жить. А это чистые нормальные дороги, освещение административного центра, отремонтированные и построенные заново детские сады, чистые медицинские учреждения с современным оснащением, а также стабильно развивающаяся гибкая экономика с созданием большого количества новых рабочих мест и благоустройство. Параллельно этим действиям флер депрессивности будет проходить и у тех, у кого он пока остается.

У нас запущен проект «Курганская область зовет». Мы не просто приглашаем приезжать невесть куда, а предлагаем конкретный земельный участок без торгов от 0,2 до 1 га под дом. Если дом построен или рожаете ребенка, этот участок вам отойдет бесплатно. До 300 тыс. рублей мы возмещаем по первому взносу ипотеки нового жилья. До 500 тыс. под строительство или приобретение нового дома. Если вы молодой врач — 1,5 млн рублей получите от государства. Фельдшер — 750 тыс. рублей. Заходите на новый [инвестиционный] проект — вот вам грант на ваш бизнес от 3 до 25 млн рублей на селе. Мы выдаем их прямо сейчас (программы «Агростартап», «Начинающий фермер», «Семейная ферма»). Отбор и финансирование уже идет. Сразу говорю, не стоит ждать, что подобные проекты будут «стрелять» прямо сразу.

Но для понимания: количество заявок по таким грантам на фермы и иные проекты (по программе «100 мини-проектов АПК в год» — прим. ТАСС) в этом году в 2,5–3 раза выше, чем в прошлом году. Это же классно! Дорогу осилит идущий.

Фото: Павел Баев/Пресс-служба губернатора Курганской области

Источник: ТАСС

Оставьте ответ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.